На страницах нашего сайта мы пытаемся по возможности доступным языком рассказывать  читателям о тех или иных проблемах и вопросах, встающих перед абхазской экономикой. Сегодня речь пойдет таком механизме, как государственно-частное партнерство (ГЧП), который в ближайшее время должен заработать в Абхазии.

ГЧП можно описать упрощенно следующим образом. Одна сторона (частный инвестор) обязуется за свой счет создать или реконструировать конкретное недвижимое имущество, право собственности на которое принадлежит или будет принадлежать другой стороне  (государству или местным властям), осуществлять эксплуатацию объекта , а государство  обязуется предоставить инвестору на срок, установленный этим договором ГЧП, права владения и пользования объектом государственно-частного партнерства для осуществления указанной деятельности.

Кроме того, взаимодействие сторон закрепляется на официальной, юридической основе и , государственно-частное партнерство  имеет чётко выраженную публичную, общественную направленность, взаимодействие сторон имеет равноправный характер.  В процессе реализации проектов на основе ГЧП консолидируются, объединяются ресурсы и вклады сторон, финансовые риски и затраты. Достигнутые результаты также распределяются между сторонами в заранее определённых пропорциях.

В ситуации, когда от абхазской экономике требуются куда более высокие темпы развития, когда экономический кризис , поразивший Россию, сказывается в той или иной мере на Абхазии. когда финансирование из российского бюджета, определенное «Договором Российской Федерации и Республикой Абхазии о союзничестве и стратегическом партнерстве», не поступает в республику в необходимом объеме, вполне понятно стремления руководства страны привлечь средства  российских и абхазских инвесторов для модернизации объектов, находящихся на балансе государства. Именно, государственно-частное партнерство призвано решить эту задачу.

Правда, пока что закон о ГЧС еще не принят, На сегодняшний день лишь прорабатывается законопроект Республики Абхазия о государственно-частном партнерстве,  да еще существует статья 6 Закона РА «Об инвестиционной деятельности»,  в которой кратко прописаны некоторые понятия , относящиеся к государственно частному партнерству. Свой вклад в процесс внедрения механизма государственно-частного партнерства в Абхазии внесло Торговое представительство России в этой стране. Недавно по инициативе и при поддержке Торгпредства в Сухуме прошел семинар на тему «Государственно-частное партнерство»  для руководителей местных органов исполнительной власти. В качестве тренеров выступили специалисты российской инвестиционной консалтинговой компании «Транспроект групп», которая специализируется на инвестиционном консультировании органов государственного и муниципального управления, частных инвесторов и финансовых институтов, направленном на привлечение бюджетного, частного и заемного финансирования в проекты государственно-частного партнерства. Возможно, что именно по схеме ГЧП эта компания поучаствует в одном из городских проектов.

Не секрет, что некоторые юридические  новации абхазские законодатели заимствуют в нормативно-правовой базе других стран бывшего СССР.  Проект Постановления правительства РА  «О временном порядке осуществления закупок товаров (работ, услуг) для государственных нужд», который мы уже рассматривали на страницах сайта,  казахстанского происхождения. Не стал исключением законопроект  РА «О государственно-частном партнерстве». Его родина тоже в казахских степях. Правда,  в Казахстане это  тоже лишь  Проект закона Республики Казахстан о «Государственно-частном партнерстве», внесенный в  парламент еще в конце 2014 года. А вот в России Федеральный закон от 13 июля 2015 года №224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» уже готов и вступает в силу с 1 января 2016 года.   Впрочем, опыт государственно-частного партнерства В России имеется. Ведь с 20о5 года  ГЧП в России регулируется федеральным законом РФ «О концессионных соглашениях» (N115 от 21 июля 2005 года)., а закон «Об участии Санкт-Петербурга в государственно-частных партнерствах» был принят  2006 году.

Как пример ГЧП, можно привести эпопею со строительством Западного скоростного периметра —  внутригородской платной магистрали в Санкт-Петербурге.  Стоимость проекта составляет 212 миллиардов 700 миллионов рублей, из которых 108 миллиардов — средства инвесторов, 71,2 миллиарда — инвестиционного фонда, 33,5 миллиарда рублей — средства бюджета города. Строительство начато в 2005 году и до сих пор не доведено до конца.  В 2009 году  финансирование проекта было переориентировано еще в большей степени на средства города, примерно на 20 млрд. рублей. Скорее всего, инвесторы не слишком довольны полученными результатами. Полностью проект будет закончен не ранее 2016 года, хотя по первоначальным планам уже как  2 года все участки трассы должны были введены в эксплуатацию. Можно также привести  примеры в Москве типа программы открытия на первых этажах зданий, принадлежащих городу, частных медицинских клиник.

Кстати о здравоохранении.  Здесь уместно упомянуть об опыте применения  схем государственно-частного партнерства в странах с высоким уровнем здравоохранения,  Германия, Швеция, Великобритания… В этой сфере используются две модели. Первая —  строительство объекта здравоохранения частным партнером и продажу его госструктуре с обязательством последующей передачи в управление тому же частному партнеру. Вторая —  предусматривает сохранение прав собственности частного инвестора на построенную им больницу. Но с одним условием: с государственным ведомством здравоохранения больница заключает контракт, по которому обязуется оказывать помощь населению за фиксированную плату со стороны государства. В разных странах преобладают различные формы партнерства. Скажем, в Германии лечебно-профилактические учреждения продаются частным инвесторам за символическую сумму в обмен на инвестиции и обязательства выполнять государственный заказ. В Швеции частный сектор был допущен в систему здравоохранения в 1991 году: частникам разрешили брать в аренду больницы, службы скорой помощи, лаборатории. В качестве первого шага внедрения ГЧП в систему здравоохранения Австралии правительство выбрало единого частного оператора для проектирования, строительства, управления новыми больницами. Оператор работает с инвесторами, предлагая 15-летние контракты под обязательство не создавать искусственных ограничений доступности медпомощи. В Великобритании начиная с 1993 года частники занимаются проектированием, строительством и иногда эксплуатацией новых медицинских объектов.

В основном, контракты с частными инвесторами заключаются на 30 лет, в течение этого времени государственный партнер предоставляет частному право владения, эксплуатации, а также вносит согласованную плату за доступность медпомощи. С введением государственно-частного партнерства качество медуслуг повышается, а цены на медобслуживание снижаются. Например, в Швеции сдача в аренду стокгольмского госпиталя Сент-Грегори позволила сократить затраты на 30% и обслуживать дополнительно 100 тыс. пациентов в год, стоимость рентгеновских услуг упала на 50%, продолжительность ожидания диагностики и лечения сократилась на 30%, стоимость услуг скорой помощи снизилась на 10%, стоимость лабораторных услуг — на 40%. В Австралии, благодаря реформе, госзатраты на строительство лечебных учреждений упали на 20%, количество обслуживаемых пациентов выросло на 30%.

Как раз здравоохранение,  одна из отраслей абхазской экономики, в которой, возможно, будет актуально внедрить практику государственно-частных партнерств.  Не менее интересно рассмотреть  использование формата ГЧП в сфере туризма.  Санаториев и гостиничных комплексов, устаревших технически и морально на балансе у государства предостаточно. Средств на их восстановление и ввод в эксплуатацию нет. И  недавняя проверка Госстандарта Абхазии государственных туристических объектов как раз говорит в пользу такого решения проблемы.

Также объектами ГЧП может стать инфраструктура АЖД, в первую очередь, вокзалы и пространство вокруг них. Потенциальным инвесторам может оказаться интересным проекты с этим связанные. Возможны варианты на территории сухумского порта или аэропорта и т.д. Кроме того,  правительство может быть,  применит какую-то модель ГЧП при приватизации унитарных предприятий, решение о которой, как мы уже писали, можно сказать , принято.

Строительство жилой недвижимости тоже может вестись в рамках государственно-частного партнерства. Если будут реализованы те предложения, которые в последнее время звучат как на правительственном уровне, так и в экспертной среде. Речь о разрешении не гражданам Абхазии приобретать на определенных условиях первичную недвижимость, о возможности чего «Абхазские проекты» тоже писали.. Такие ГЧП могут показаться инвесторам вполне привлекательными.

Безусловно, для того, чтобы убедить инвесторов участвовать в ГЧП потребуются серьезные усилия. Бизнес должен быть твердо уверен, что процедура создания и реализации проекта государственно-частного партнерства абсолютно прозрачна и не будет изменена в процессе осуществления,  не будет никаких намеков на принцип «занято», еще существующий в Абхазии, будут выполняться лишь те обязательства, которые зафиксированы в договоре и дело предпринимателям придется иметь лишь с официальными представителями государства, действующих в пределах отведенной им компетенции.

Что же касается, непосредственно, проекта закона, но в существующем виде он явно сыроват. Особенно, на фоне уже готового к вступлении в силу аналогичного российского закона. Если Федеральный закон от 13 июля 2015 года №224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» представляет собой подробный регламент действий при создании ГЧП, то абхазский вариант значительную часть принципиальных вопросов не прописывает,  лишь декларируя, что подробно описание работы механизма государственно-частного партнерства будет прописан в постановлениях правительства и положениях органов власти различных уровней.

Такой подход к законотворчеству вряд ли можно назвать в данном случае оптимальным. Для инвестора важно, чтобы процесс инвестирования был предельно понятным и прозрачным . Есть закон, в которым прописано большинство нюансов предполагаемого сотрудничества, исходя из положений закона можно выстраивать долгосрочную стратегию и ссылаться на пункт данного закона. А получается, что нужно ориентироваться в меньшей степени на закон, в большей на постановления правительства, которые , во-первых, имеют статус ниже чем закон, во-вторых, могут изменять правила игры одним лишь решением правительства.

С другой стороны, абхазский вариант закона, в отличие от российского аналога, позволяет участвовать в ГЧП в качестве частного партнера иностранным юридическим лицам, а минимальный срок действия соглашения о государственно-частном партнерстве составляет пять лет, а не три, как в России. В общем, абхазским законотворцам предстоит еще достаточно работы до того, как механизм ГЧП станет цельным и понятным, как для инвесторов, так и для представителей соответствующих государственных органов. Но проводить эту работу нужно, и делать это ответственно. Абхазии очень важно уже сегодня использовать все возможности для модернизации своей экономики, ставя при этом заслон у всевозможных негативных факторов, включая коррупционные.

Соучредитель Центра поддержки российского бизнеса в Абхазии «Аидгылара» Кирилл Базилевский

3 КОММЕНТАРИИ

  1. […] партнерстве на нашем сайте тоже есть подробная статья «Перспективы механизма государственно-частного пар…. Очевидно, что ГЧП может решить значительную часть […]

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Введите символы *